Предпосылки

Предпосылки

По поводу начала войны и ее причин существует несколько взаимоисключающих версий. Российская точка зрения по этому вопросу достаточно хорошо известна. Согласно ей, война в Южной Осетии началась 7 августа в 22:35 — в тот самый момент, когда грузинские войска без предупреждения начали ожесточенный обстрел спящего Цхинвала. Все последующие действия враждующих сторон принято увязывать с этим временем и с этой датой.

Однако грузинская сторона выдвигает свою версию событий. По их мнению, Россия и персонально Владимир Путин давно собирались аннексировать Южную Осетию и Северную Абхазию, и вторжение российских танковых «армад» началось чуть ли не утром 7 августа. Президент Грузии Михаил Саакашвили так прямо и заявил в своем интервью газете «The Wall Street Journal»: «Наше решение вести боевые действия было принято в последнюю секунду, когда российские танки уже шли — у нас не было выбора. Мы взяли на себя инициативу только для того, чтобы выиграть немного времени. Мы знали, что нам не победить российскую армию, но были обязаны хоть что-то сделать для самообороны». [86]

На самом деле эта версия событий появилась довольно поздно. Считается, что первым ее выдвинул государственный министр Грузии по вопросам реинтеграции Темур Якобашвили, который 22 августа сказал в интервью украинскому агентству «УНИАН»: «Решение атаковать Цхинвали было принято только тогда, когда колонна российской военной техники начала входить в Южную Осетию».

5 сентября заместитель министра иностранных дел Грузии Григол Вашадзе в интервью корреспонденту «Интерфакса» добавил «красочных» подробностей, еще сместив дату начала войны: «С 1 по 7 августа тяжелая артиллерия так называемых южноосетинских сил под руководством российских военных сровняла с землей все грузинские деревни, прилегающие к зоне конфликта». [87]

Версия грузинской стороны выглядит достаточно надуманной и нелепой в свете того, что она противоречит сохранившимся материалам мировых информационных агентств, освещающих противостояние в регионе на протяжении нескольких лет. Любому интересующемуся доступны также и материалы грузинских СМИ.

Более того, на официальном уровне 8–9 августа Грузия заявляла, что речь идет не о войне, а об «операции по наведению в Цхинвальском регионе конституционного порядка». Сохранились бодрые рапорты грузинских военных об успешном проведении этой «операции» и довольно нелицеприятные комментарии различных правозащитников в адрес российских властей, которые «в очередной раз бросили соотечественников на произвол судьбы».

Риторика грузинских официальных лиц и СМИ резко изменилась после того, как российская авиация начала бомбить военные объекты на грузинской территории. Вечером 8 августа Михаил Саакашвили обвинил Россию в «агрессии» и призвал США оказать Грузии военную помощь в отстаивании независимости страны.

Свою версию о дате начала войны выдвигает также и Запад. Наиболее полно она отражена в статье в немецком еженедельнике Der Spiegel, авторов которого трудно заподозрить в симпатиях к России. «Точкой невозврата», то есть тем моментом, когда война в Южной Осетии стала по факту неизбежной, еженедельник называет апрельские дни после саммита НАТО. Тогда американский президент Джордж Буш прилетел в черноморскую резиденцию Владимира Путина, но проигнорировал предупреждения российского правительства об опасности «заигрывания» НАТО с Грузией.

15 июля по обе стороны Кавказского хребта начались военные маневры: Грузия совместно с США провела учения «Немедленный ответ-2008», а Россия — учения «Кавказ-2008». [88]Фактически они стали предвестниками будущей войны.

Ведь еще 30 июля западные спецслужбы отмечали, что после окончания учений российская 58-я общевойсковая армия осталась в состоянии повышенной боевой готовности. В то же самое время после окончания маневров грузинские подразделения прямиком направлялись в сторону Южной Осетии.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.