Настоящий полковник

Настоящий полковник

После окончания горной операции «Вести» дали нам добро на визит домой.

Вечером мы собрали гостей, посидели, а утром уже были в Моздоке, на КП авиации.

– Вы не знаете, что там сегодня летит на Москву?

– Да вон «Ан-12», моряков забирает.

– А когда?

– Ну вы даете. Кто ж его знает. На плане в двенадцать.

На борт не пускали. Мы, не щадя свой камуфляж, валялись на горячих аэродромных плитах, периодически меняя позицию, вращаясь вокруг самолета вместе с солнцем, чтоб оставаться в тени. Полдень прошел. Жара не спадала. Привезли забитые в ящики цинковые гробы, заволокли по рампе в грузовую кабину. Вчерашний ужин кружил голову и сжимал грудь. Мне было плохо. Я поднялся по лестнице, разведать, что там в самолете. И застал отвратительную картину: солдаты разливали по кружкам какую-то подозрительную жидкость.

– Так, вы чем занимаетесь?!

– Да вот, товарищ…

– Подполковник!

– Да вот, товарищ подполковник, едем домой, все, отвоевались.

– Так… А что вы тут пьете?

– Спирт.

– Ну-ка! Разбавленный?

– Так точно!!!!

Я принял из рук бойца алюминиевую пахучую кружку. Выпил и закрутил кистью, как пропеллером. Мне тут же сунули в пальцы бутерброд с салом. Я вытер губы, закусил и одобрительно покивал головой:

– Давайте, ребята, аккуратнее, не бузите!

– Да мы аккуратно, товарищ полковник!

Я еще раз одобрительно кивнул головой.

Особо важных пассажиров разместили в маленькой герметичной кабине.

Нас, человек пятьдесят, впустили в грузовой отсек. Здесь же были и цинки. У меня лишь хватило сил зайти и лечь на ребристый пол.

– Эй, товарищ!

Худой белобрысый летчик всунул мне в руки какой-то предмет на проводке:

– Я пойду низко, но все равно, вот вам на троих кислородная маска. Почувствуете себя плохо, прижимайте ко рту и дышите. Меняться не забывайте.

Рядом устроился огромный десантник-прапорщик с трехлитровой банкой пива в руках.

– Будете?

– Нет, я уже не могу…

После взлета я очнулся и увидел, как прапорщик метался по салону с этой же банкой. Только вместо пива она аккурат под горлышко была наполнена серой массой. Видать, выпил, стало плохо, а пакетиков на таких рейсах не выдают. Он, бедолага, сидел с этой банкой в руках до самой посадки.

Через несколько дней Басаев захватил больницу в Буденновске. Война продолжилась, а у военных в Чечне появился адрес: «Москва-400».