Секретные лабиринты историй тайной войны

Секретные лабиринты историй тайной войны

Историю военной разведки России хорошо знают только ученые и военные специалисты. Современные же ее секреты надежно укрыты в стальных сейфах министерств обороны и генеральных штабов, и только по прошествии многих десятилетий отдельные из них станут достоянием общественности, а большинство операций военной разведки поглотит медлительная Лета.

И это правильно: разведка не терпит гласности. Однако военная разведка так же стара, как и сами войны, и уже полководцы древности — Александр Македонский, Юлий Цезарь, Митридат Понтийский и другие — умело пользовались данными, получаемыми разведкой, которую с древнейших времен и до наших дней по праву считают «глазами и ушами армии». Разведка была и остается одним из важнейших видов обеспечения боевых действий армии. Успехи или неудачи той или иной боевой операции во многом зависят от того, насколько эффективно ведется разведка сил противника, его замыслов и намерений. Пренебрежение этими истинами всегда вело к военным поражениям.

Еще во времена Киевской Руси правящие в ней князья вели активную разведку на Востоке, используя для этого торговое «прикрытие». Арабский летописец X. ибн Хордабда в своей «Книге путей и стран» повествует о том, что в 838 году послы русского «кагана» прибыли в столицу Византии Константинополь, а вскоре соглядатаи киевского князя проникли и в столицу Аб-басидского халифата Багдад под видом русских купцов. Они собирали здесь важные сведения о византийско-арабских отношениях, разобраться в которых Киеву было невозможно без ведения активной разведки.

Примечательно, что русские торговцы выдавали себя за христиан, а может быть, и на самом деле тайно приняли христианство, что было не таким уж редким явлением в языческой Руси. Багдадские власти, давно знакомые с христианством, не чинили препятствий русским купцам, которых рассматривали как людей, «принявших Закон», однако не совсем такой, как закон пророка Мухаммеда. Отношение же мусульманских владык Багдада к язычникам было далеко не столь терпимым.

С принятием христианства Русью религиозная маскировка получила широкое применение в разведывательной деятельности русских князей, которые активно использовали священников, совершающих паломничество в Иерусалим и Святую землю, для сбора разведывательной информации. В конце XI — начале XII века «люди божьи» занимались сбором разведывательной информации не только на территории Палестины и Сирии, но и нынешнего Ирака, где в те времена все еще оставались очаги христианства. Чернецы шли еще дальше. Так, например, черниговский игумен Даниил сумел даже расположить к себе Иерусалимского короля Балдуина I, который разрешил ему беспрепятственно перемещаться по территории королевства, а затем выдал игумену охранную грамоту для возвращения на родину.

История военной разведки России неотделима от боевых дел ее армии. Для русских княжеств, подвергавшихся давлению хазар, половцев, печенегов, а позднее монголо-татар, она была одним из главных условий национального выживания. Ипатьевская летопись повествует о походе князя Игоря Святославича на половцев. Этому походу предшествуют действия войсковой разведки, так называемых сторожей. «Из Оскола пошли дальше, — свидетельствует летописец, — и тут к ним прибыли сторожи, которых князь послал ловить “языка”, и сказали: “Мы видели, что ратные ратники ездят в чистом поле наготове. Или поезжайте быстро вперед, или возвращайтесь быстро домой, ибо не наше нынче время”».

Уже в то время разведка не ограничивалась простым сбором сведений о противнике. Она активно боролась с его лазутчиками, а также старалась ввести врага в заблуждение. Когда в 1170 году князь Мстислав Изяславич пошел походом на половцев, он позаботился о том, чтобы довести до них преувеличенные сведения о своих силах. «Бысть весть половцам, — сообщает летописец, от пленника, от Гаврилки Иславовича, что идут-де на них русские князья. И побежали половцы, бросив жен своих, и детей, и повозки свои». Так путем дезинформации князь Мстислав Изяславич достиг того, чего мог бы достигнуть только ценой кровавой битвы. Очевидно, успех его был полным, поскольку летописец упоминает имя безвестного Гаврилки, именуя его по отчеству, что было в то время привилегией только знатных и уважаемых людей.

Князья вели не только войсковую, но и стратегическую разведку с использованием, как говорят сегодня, «дипломатического и торгового прикрытия». Послы князей во вражьем стане в те времена повсеместно рассматривались как разведчики и соглядатаи.

То же самое относилось и к купцам, торгующим с зарубежными странами.

Предок знаменитого русского поэта и дипломата Ф.И. Тютчева боярин Захария Тютчев был направлен Великим князем Московским Дмитрием Ивановичем в Золотую Орду. Там «через верных людей» прознал он о планах хана пойти походом на Русь, объединившись с войсками литовского князя Ягайлы и рязанского князя Олега. Они намеревались тайно собраться на берегах Оки и оттуда предпринять совместный поход на Москву. Не теряя ни минуты, Захария Тютчев шлет гонца с тревожной вестью Великому князю Московскому. Получив это известие, князь Дмитрий Иванович решает опередить врагов и разбить полчища Мамая до подхода его союзников, не дав им соединиться. По приказу князя в «поле» высылаются конные дозоры для захвата языков — «крепкие сторожи». Командир одного из них, Родион Ржевский, захвативший языка, вскоре доносит князю, что татары действительно идут на Русь и что их вторжения следует ожидать после сбора урожая.

Когда русское войско двинулось на врага, князь высылает вперед разведывательный отряд из пяти отборных дворян с задачей взять языка из ордынских мурз или князей. Дворяне сумели взять языка из свиты самого Мамая. Он показал, что хан Золотой Орды стоит с войском за Доном всего в трех переходах от русской рати. Двигаться не спешит, а поджидает подхода дружин Ягайлы и Олега. О том, что Дмитрий выступил ему навстречу, хан не подозревает. Всего же его рать насчитывает 200–300 тысяч копий.

Блестяще осуществленная Дмитрием Донским разведывательная операция во многом предопределила успех Куликовской битвы. Разведка войск противника позволила сорвать планы хана на соединение с Ягайлой и Олегом, выявить реальные силы противника и, с учетом полученных сведений, правильно построить полки на поле Куликовом. В результате Дмитрий Донской нанес сокрушающий удар Золотой Орде.

Русский царь Иван IV, продолжая борьбу с наследниками ордынских ханов, в 1549 году создает Посольский приказ, в функции которого входит ведение политической и военной разведки. После смерти Ивана IV на московский престол сел его сын, «слабый царь» Федор Иоаннович. Однако его первым советником был мудрый боярин Борис Годунов. 4 июля 1591 года он получил известие о том, что крымский хан Гирей, шедший походом на Литву, внезапно повернул на Москву, которая послала полки Андрея и Григория Волконских против Швеции и Польши. Столица оказалась в смертельной опасности. Москвичи попытались выставить заслон войскам хана на реке Пахре, однако передовые отряды крымчаков сбили его, ранив воеводу и «мнозих детей бо-лярских побиваху и взяху в полон». Хан расположился лагерем у сельца Коломенского под Москвой. Хитроумный Годунов велел сыскать тогда верного человека из московских дворян и говорил с ним наедине. Ночью в Москве вдруг поднялся шум великий, раздались крики и пальба. Ратные люди били в колотушки, кричали, что есть мочи, палили в воздух из пищалей.

Той же ночью в семейной церкви Годуновых находились только сам Борис и неведомый московский дворянин в «смирной одежде». Он причастился и соборовался как человек, готовящийся к смерти. До села Коломенского, где находилась ставка Гирея, этого дворянина, наряженного в богатые одежды и восседавшего на скакуне в драгоценной сбруе, провожали два человека. Дальше он поехал один. Знатный всадник был схвачен стражей крымчаков и доставлен к хану. Здесь он прикинулся перебежчиком, стал плакаться на «великие обиды и притеснения» от царя и попросился на службу к хану. Хан стал допытываться у перебежчика о причинах ночного шума в Москве. Тот как бы нехотя поведал, что к царю пришла подмога из Новгорода и Польши, всего тысяч до гридцати ратных людей. Перебежчика подвергли страшным пыткам. Но и на дыбе у палача он подтвердил свои показания. Хан повелел снять осаду. Русская конница, бросившаяся за ним в погоню, лишь под Тулой настигла орду. Однако среди крымского войска не было этого безымянного героя, не дожившего до рассвета…

В связи с развитием военного искусства значение разведки возрастает. При царе Алексее Михайловиче, отце Петра Великого, в 1654 году создается Приказ тайных дел, к которому от Посольского приказа переходят разведывательные функции. В регулярную практику секретной переписки вводятся шифры, мастером составлять которые был сам царь. В 1716 году в новом воинском уставе Петра I разведывательная работа впервые приобретает правовую основу и поручается генерал-квартирмейстерской службе. Однако одновременно политической разведкой продолжают заниматься и царские дипломаты, среди которых в качестве выдающихся разведчиков прославились послы А. Матвеев, П.А. Толстой, князь А. Хилков и другие.

Петра I весьма интересовало положение дел в соседней Османской империи, которая в любой момент могла пойти походом на Россию. Осенью 1699 года в Стамбул прибыл посланник русского царя Емельян Украинцев. Среди враждебного турецкого окружения он мог опираться на помощь и поддержку только православных христиан. И такую поддержку ему оказал иерусалимский патриарх Досифей, которому подчинялись православные общины всех турецких провинций. Через три года его сменил знаменитый дипломат Петр Андреевич Толстой. Этот посол царя опирался не только на помощь патриарха Досифея, но и вступил в контакт с местной православной армянской общиной. Вскоре его стараниями были созданы, говоря современным языком, агентурные сети не только в Стамбуле, но и во многих областях могучей Османской империи.

Обширная агентурная сеть Петра Андреевича Толстого в Турции позволяла ему добывать важную стратегическую информацию для правительства Петра I. Так, поздней осенью 1710 года, ожидая неминуемого заключения в Семибашенный замок в Стамбуле, куда турки обычно сажали иностранных послов при султанском дворе в знак объявления войны, он ухитрился, обманув бдительность турецких стражников, отправить царю секретное донесение. В нем говорилось: «Наскоро доношу, что турки по многим советам утвердили короля швецкого ныне отпустить вскоре со многими татары через Польшу… и войну с нами начать ныне через татар, а весною всеми турецкими силами»[1]. Русский разведчик не забыл сообщить данные о расстановке командного состава, сроках мобилизации и районах сосредоточения турецкой армии.

Свою лепту в укрепление разведывательной службы России внесла императрица Екатерина Великая. По ее указанию была создана тайная экспедиция, черпавшая важные сведения из перлюстрации переписки иностранных дипломатов. Именно при ней был создан так называемый «черный кабинет», где осуществлялась перлюстрация дипломатической переписки до ее отправки в зарубежные столицы.

При ее внуке, императоре Александре 1, в 1810 году военный министр России генерал М.В. Барклай-де-Толли направляет «военных агентов» (атташе) в российские посольства для ведения разведывательной работы. Особое внимание в ту пору уделялось Франции. Военному агенту полковнику А.И. Чернышеву удалось завербовать ряд сотрудников военного ведомства Наполеона, в том числе некоего Мишеля, готовившего для французского императора стратегическую сводку в единственном экземпляре. Агентом Александра I был также и министр иностранных дел Франции Шарль-Морис Талейран, князь Перигор, имевший псевдоним «Анна Ивановна». В целях конспирации его донесения, пересылаемые Российским посольством из Парижа, начинались словами: «Анна Ивановна пишет…»

Во время Отечественной войны 1812 года впервые на базе партизанских отрядов, которые создавались русским военным командованием, а не возникали стихийно, были организованы разведывательно-диверсионные группы, подчиненные армейскому командованию и действовавшие в тылу врага. С первых дней вторжения на территорию России Наполеон оказался под воздействием дезинформации, которая распространялась российским военным командованием с целью ввести в заблуждение орды интервентов. Через агентуру, в том числе и партизанские отряды, до него доводились сведения о том, что русская армия якобы готовится к генеральному сражению, что в определенной мере сковало действия императора, рассчитанные на «молниеносную войну».

Итог похода Наполеона на Москву хорошо известен. Менее известно то, что, отступая, «цивилизованный» император всех французов ограбил Москву и приказал взорвать Кремль, однако из-за сильного дождя фитили пороховых зарядов отсырели, и он пострадал только частично. И уж сегодня не менее «цивилизованные» французы, любящие потолковать за бокалом вина о «русском варварстве», не любят вспоминать о том, что русские казаки и солдаты, взявшие Париж, ни в чем не притесняли их предков, чья мирная жизнь с приходом Русской армии в эту страну не была нарушена. Вероятно, в память о «цивилизованном» Наполеоне, приведшем Францию к национальной катастрофе и уменьшившем ее население на несколько миллионов человек, в этой стране ему посвящено так много памятников и монументов, восхваляющих этого варвара XIX столетия.

Накануне Крымской войны 1854–1856 годов русская военная разведка прилагала усилия для добычи новейших образцов западноевропейских вооружений и боевой техники. Агентурным путем были получены чертежи наиболее современных боевых кораблей, имевших паровые двигатели.

Благодарные французы, памятуя о рыцарском благородстве Русской армии, не допустившей окончательного разгрома и раздела их страны в 1815 году, щедро вознаградили Россию в последующие времена. В связи с созданием под эгидой Александра I «Священного союза» для борьбы с революцией в Европе они приклеили России ярлык «жандарма Европы», а в дальнейшем явились одним из инициаторов Крымской войны, в ходе которой Россия потерпела поражение.

Русский император Александр II не забыл благодарности французов. Когда в 1870 году началась франко-прусская война, он отказался оказать нажим на Пруссию и пальцем не пошевелил, чтобы защитить Францию от поражения и неизбежной в тех условиях революции, в результате которой в столице Франции возникла Парижская коммуна. Русская же разведка сделала надлежащие выводы из военного разгрома Франции. Именно с ее подачи военный министр Д. Милютин провел знаменитые ми-лютинские реформы, значительно повысившие боеспособность Русской армии и улучшившие ее вооружение и боевую технику. Донесения русской военной разведки в период после 1870 года способствовали тому, что Русская армия стала готовиться к неизбежному военному столкновению с Германией, постепенно превращавшейся в главную военную силу в Европе и врага номер один России.

В 80-х годах XIX века русская военная разведка провела немного операций. Вот одна из них. После окончания Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, завершившейся освобождением Болгарии от османского ига, политическое положение на юге Европы оставалось все еще весьма сложным. Берлинский конгресс 1878 года свел во многом на нет результаты русских побед. В правящих кругах России все более и более вызревала мысль о занятии при помощи десанта позиций на Босфоре, которые составили бы «русский Гибралтар». Необходимо было провести разведку турецких укреплений и наиболее удобных мест для высадки русского десанта. По личному указанию императора Александра III эта миссия была возложена на будущего военного министра России, а тогда генерал-майора, А.Н. Куропаткина. Под именем Александра Николаевича Ялозо, закупщика скота, он отправился на Босфор. В течение нескольких недель были обследованы азиатский и европейский берега пролива, намечены пункты для будущих русских укреплений и места для высадки десанта, разведаны турецкие батареи. Дважды русский генерал был задержан турецкими солдатами, но оба раза благополучно выпутывался из опасных ситуаций. К сожалению, результатами разведки на Босфоре так и не пришлось воспользоваться: русская армия и флот не были готовы к мало-мальски серьезной десантной операции.

К началу XX века русская разведывательная служба приобретает более-менее организационно оформленные структуры. Приоритетное значение уделяется военным вопросам. Вся поступающая разведывательная информация о военном потенциале иностранных государств сосредоточивается в едином центре — Статистическом отделении генерал-квартирмейстерской части Главного штаба. Оно ведет сбор и обработку военно-стратегических материалов по армиям потенциальных противников, сведений об их военных приготовлениях, наблюдает за вербовкой и использованием иностранной агентуры, а также приобретает в интересах российской армии образцы новейших зарубежных изобретений в военной области.

Кначалу XX века отношения между Японией, поддерживаемой Англией, и Россией становятся напряженными. Токио открыто готовится к захвату Кореи и Маньчжурии и намерен потеснить Петербург на Дальнем Востоке. Недооценка российским правительством Японии как сильного и опасного противника привела, как известно, к плачевным результатам. Существенную роль в недооценке японской военной мощи сыграла слабость русской разведки на Дальнем Востоке, на содержание которой выделялось всего несколько тысяч рублей в год. Для сравнения отметим, что Япония, готовясь к войне с Россией, затратила только на приобретение и содержание агентуры 12 миллионов рублей золотом.

Разведка Японии как потенциального противника велась бессистемно. Полковник Генерального штаба Д.И. Гурко, присутствовавший при объявлении Николаем II войны Японии в связи с нападением японских кораблей на русскую эскадру в Порт-Артуре, отмечал: «Наша информация о военных приготовлениях Японии против России была просто безобразной. Существовала полная неразбериха между донесениями нашего посла в Токио и воєнного агента. Каждый из них излагал диаметрально противоположные мнения о подготовленности Японии к войне».

Поражение России в войне с Японией потребовало реорганизации военной разведки в целом. Впервые в Академии Генерального штаба вводится курс изучения основ разведывательной деятельности. Принимаются и другие меры по укреплению этого важного вида обеспечения военных действий. Однако, какпоказа-ла Первая мировая война 1914–1918 годов, надлежащих выводов из поражения России в войне с Японией царское правительство сделать не смогло. С ее началом повторились те же ошибки, что и в 1904–1905 годах. С началом войны Россия осталась без надежной агентурной сети в Европе, поскольку никаких мер по работе с ней в военный период не предусматривалось. Это серьезно сказалось на успехе боевых действий русской армии против Германии и Австро-Венгрии, а также других центральных держав.

Немаловажную роль в налаживании, агентурной работы в Европе уже в ходе Первой мировой войны сыграл полковник Генерального штаба граф Павел Алексеевич Игнатьев. В конце 1915 года он был направлен лично императором Николаем II в Париж на помощь к брату, российскому военному атташе, тогда полковнику, а затем генерал-майору Алексею Алексеевичу Игнатьеву. Перед ним стояла задача наладить обмен информацией с разведывательными службами других стран Антанты и создать агентурную сеть русской военной разведки в Германии и Австро-Венгрии. О том, как П.А. Игнатьев справился с этой задачей, и пойдет речь в следующих главах.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Секретные страницы

Из книги Катастрофы под водой автора Мормуль Николай Григорьевич

Секретные страницы Итак, снова долговременные поиски и гигантский объем осуществленных подводных работ не позволили достоверно установить причину катастрофы. И уже вторая по счету трагедия увязала в тине голословных версий и ничем не обоснованных утверждений.


Секретные монстры

Из книги Техника и вооружение 1999 07 автора Журнал «Техника и вооружение»


Биографии руководителей Тайной канцелярии

Из книги Спецслужбы Российской Империи [Уникальная энциклопедия] автора Колпакиди Александр Иванович

Биографии руководителей Тайной канцелярии БУТУРЛИН Иван Иванович (1661–1738). «Министр» Тайной канцелярии в 1718–1722 гг.Принадлежал к одному из древнейших дворянских родов, который вел происхождение от «мужа честна» легендарного Ратши, служившего Александру Невскому. Его


Цели Лондона в «тайной войне»

Из книги КГБ. Последний аргумент автора Атаманенко Игорь Григорьевич

Цели Лондона в «тайной войне» Одна из основных задач, которые пришлось решать британским дипломатам и разведчикам в начале прошлого века, – заставить Российскую империю перестать балансировать между двумя группировками: «прусской» (Германия и Австро-Венгрия) и


Из истории тайной войны периода IX–XIII веков

Из книги Советник королевы - суперагент Кремля автора Попов Виктор Иванович

Из истории тайной войны периода IX–XIII веков К сожалению, в русских летописях сохранилось очень мало описаний отдельных операций военной разведки. Можно лишь предполагать, что большинство сражений славяне выигрывали благодаря не только прекрасной военной подготовке,


Из истории тайной войны XIII века

Из книги Офисный шпионаж автора Мелтон Кит

Из истории тайной войны XIII века Примером успешно организованной тактической разведки, в данном случае войсковой, могут послужить события 1240 г. Летом этого года шведское войско под командой Биргера, зятя короля, появилось в устье реки Ижоры, где и был разбит лагерь. Войско


На тайной службе у Петра Первого

Из книги Гитлеровская машина шпионажа. Военная и политическая разведка Третьего рейха. 1933–1945 автора Йоргенсен Кристер

На тайной службе у Петра Первого Рассказанная выше история – лишь один из эпизодов «тайной войны» эпохи Петра Первого. На самом деле аналогичных историй существует множество. Ведь при этом российском императоре организация политической и военной разведки продолжала


ИЗ ПОСТЕЛИ — В СЕКРЕТНЫЕ АГЕНТЫ КГБ

Из книги «Венгерская рапсодия» ГРУ автора Попов Евгений Владимирович

ИЗ ПОСТЕЛИ — В СЕКРЕТНЫЕ АГЕНТЫ КГБ В поле зрения сотрудников Отдельной службы генерала Козлова попал человек азиатской внешности, завсегдатай валютно-бриллиантовой «биржи» в Столешниковом переулке, который настойчиво пытался пробиться в ближайшее окружение Галины


Глава VII. СЕКРЕТНЫЕ ПОРУЧЕНИЯ КОРОЛЯ

Из книги Паспорт 11333. Восемь лет в ЦРУ автора Мануэль Коскульюэла Эвиа

Глава VII. СЕКРЕТНЫЕ ПОРУЧЕНИЯ КОРОЛЯ В конце войны Бланту было сделано очень лестное предложение занять пост хранителя (или инспектора) королевских картин Виндзорского, Букингэмского и других дворцов. Пост хранителя картин был одним из самых важных в дворцовой иерархии.


Личные секретные службы Гитлера

Из книги У истоков русской контрразведки. Сборник документов и материалов автора Батюшин Николай Степанович

Личные секретные службы Гитлера Мало кто понимает, что Гитлер был в душе революционером и потому никогда не симпатизировал и не доверял высшему военному командованию Германии и его представителям. Желая обеспечить себя альтернативным абверу источником информации,


В эпицентре тайной дипломатии

Из книги автора

В эпицентре тайной дипломатии Чтобы разобраться в сложной обстановке в Турции в годы войны, я решил разыскать бывшего советского военного атташе в Анкаре генерал-майора Николая Григорьевича Ляхтерова. Удалось найти его телефон. Но в течение нескольких дней на


Две секретные миссии

Из книги автора

Две секретные миссии 22 сентября 1944 г. с полевого аэродрома Чаквар (Западная Венгрия) поднялся и взял курс на Италию «Хейнкель-111»; на его борту кроме пилота находились генерал-полковник Иштван Надаи и английский полковник Хови (из числа военнопленных) который должен был


Секретные архивы

Из книги автора

Секретные архивы Всегда было видно, с каким недоверием американцы относятся к своим уругвайским союзникам.Вообще ЦРУ исходит из предпосылки, что любой человек является потенциальным противником. Не имеет значения, какова степень его подчиненности.


Биография героя «тайной войны»

Из книги автора

Биография героя «тайной войны» Хайнц Фельфе родился 18 марта 1918 года в Дрездене в семье сотрудника германской полиции.Был призван в армию, принял участие в боевых действиях на территории Польши, но в середине сентября 1939 года попал в госпиталь с воспалением легких. После