ГРЮНВАЛЬД 1410 г.

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ГРЮНВАЛЬД

1410 г.

Объединенные польско-литовские силы, в которых большую часть составляли представители восточно-славянских народов, одержали решительную победу над войсками Тевтонского ордена. Тевтонская экспансия на Восток была остановлена, а для самого Ордена битва означала начало упадка.

Каждый год в Олыптынском воеводстве в Польше происходит фестиваль, на который собираются многие любители ролевых игр из Белоруссии, Литвы, России. Вновь и вновь реконструируются события шестисотлетней давности. Тогда, в 1410 г., на этом же месте предки ныне живущих поляков, русских, белорусов, украинцев, литовцев, немцев, чехов, венгров и др. сошлись в одной из самых масштабных и знаковых битв Средневековья. Грюнвальдскую победу считают «своей» историки сразу нескольких государств Восточной Европы[61].

В середине X в. произошло объединение племен, проживавших на территории современной Польши. Довольно быстро Польша стала серьезной политической силой Восточной Европы. В XIII в. поляки начали упорную борьбу за влияние в регионе с Тевтонским орденом. Во второй половине XIV в. польский король провел ряд реформ, в том числе и военную. Согласно этой реформе шляхта (польское дворянство) и духовенство должны были выставлять определенное число вооруженных и снаряженных воинов – по количеству имевшейся в их владении земли. Такое войско, созванное королем, называлось «посполитым рушением», т. е. всеобщим ополчением.

«Посполитое рушение» состояло из «хоругвей» – отрядов, имевших свои знамена. («Знаменем» назывался и отряд рыцарей в Западной Европе.) Хоругви составлялись по воеводствам. Города давали пеших лучников и обоз. Король держал также отряды наемного войска.

На вооружении у поляков были копья, мечи, топоры, кинжалы, латы и шлем. Пехота имела также алебарды, самострелы.

На поле боя польская армия выстраивалась обычно в три линии – «хуфца» – передовой, главный и резервный.

На северо-востоке соседями поляков были литовские племена: литва, жмудь, жемгала, ятвяги. В XII в. их знать превратилась в крупных землевладельцев, существованию которых угрожала немецко-рыцарская агрессия. Литовские племена стали объединяться, и в XIII в. образовалось Литовское княжество. Оно особенно усилилось при князе Гедимине (1316–1341 гг.). При его преемниках территория Великого княжества Литовского продолжает расти за счет русских земель – Полоцкой, Витебской, Смоленской, Черниговской, Киевской, Волынской и Подольской. Предки современных русских, белорусов и украинцев составляли большую часть населения Великого княжества. Главной военной силой Литвы являлись дружины князей, усиливавшиеся ополчением.

Борьба с немцами способствовала сближению Польши и Литвы. В 1386 г. литовский князь Ягайло женился на польской королеве, объединив таким образом два государства личной унией. Однако в Литве через некоторое время к власти пришел Витовт, признанный литовцами пожизненным правителем Великого княжества Литовского.

* * *

Тевтонцы намеревались захватить Прибалтику и расширить свои владения за счет Литвы и Польши. В 1309 г. гроссмейстер (великий магистр) Ордена переехал из Венеции в прусский Мариенбург (Мальборк) для личного руководства экспансией. Крестоносцы имели большую поддержку со стороны немецкого союза городов – Ганзы, – а также Римской католической церкви. Их продвижение на восток было названо очередным крестовым походом.

Тевтонский орден представлял собой прочную военную организацию. Дисциплина поддерживалась суровыми мерами. В отличие от феодального рыцарского войска в других странах, тевтонцы становились в ту шеренгу, в которую приказал военачальник, соблюдали строй, не могли самовольно идти в атаку или, наоборот, покинуть поле боя.

Крестоносцы создали отличную, хорошо вооруженную тяжелую конницу, в войске были и швейцарские пехотинцы, и английские лучники. Появились у них и бомбарды (пушки), которые перевозили на телегах и использовали чаще всего при осаде городов.

Основной организационной единицей тевтонского войска было «копье», несколько «копий» составляли «знамя». Боевой порядок тевтонцев состоял из двух-трех линий.

Камнем преткновения в отношениях Великого княжества Литовского и Ордена был вопрос о Жемайтии. На этом небольшом участке побережья, отделявшем тевтонов от территории Ливонского ордена («филиала» Тевтонского), местное население постоянно восставало против крестоносцев. Витовт же, умело используя это, усиливал свое влияние в Жемайтии, тайно поддерживал восставших, когда область находилась в орденских руках.

Отношения Тевтонского ордена с Польшей в конце XIV в. тоже нельзя было назвать теплыми. В 1392 г. тевтоны выкупили у польского князя Владислава Опольчика Добржинскую землю. Поляки были не готовы к войне и ограничились протестами. В 1402 г. тевтоны выкупили еще одну область – Новую Марку, и часть польских земель оказалась отрезанной от основной территории королевства. С избранием магистром Ордена Ульриха фон Юнгингена – сторонника активной и жесткой политики – отношения с Польшей стали стремительно ухудшаться. Посредником между Орденом и Польшей выбрали Витовта. В начале 1408 г. к нему в Ковно (совр. Каунас) для решения территориальных споров приехали Ягайло и Ульрих фон Юнгинген. Король требовал возвращения земель. Магистр отказывался это сделать. Стало ясно, что стороны не договорятся.

В Жемайтии осенью того же года полным ходом шла подготовка к восстанию против Тевтонского ордена. Тевтонский наместник и комтуры соседних земель с тревогой сообщали в Мальборк, что Жемайтию «вдоль и поперек проходят литвины, русины и татары, часто одетые купцами, и подбивают население к восстанию».

Одновременно Витовт и Ягайло вели дипломатическую подготовку к войне с Орденом. Витовт в сентябре 1408 г. заключил договор с московским князем, нейтралитет Москвы обеспечил тыл Литвы. Во многих столицах Западной Европы побывали послы Польши и Литвы, убеждавшие государей и графов, что тевтонцы ведут себя слишком жестко на завоеванных землях, что их позиция по отношению к полякам и литовцам агрессивна и неправедна. Во многих случаях эти дипломатические миссии имели успех, страны Западной Европы предпочли занять выжидательную позицию.

Ливонский орден соблазнился льготами в торговле с Полоцком, предоставленными Витовтом. С ливонским наместником фон Хевельманом литовский князь наладил почти дружеские отношения. Кроме того, его союзники – псковичи и новгородцы – были готовы в любой момент ударить по Риге. Собственные интересы для ливонцев оказались выше общеорденского дела, а присланное ими на Грюнвальд одно «знамя» можно считать скорее моральной поддержкой.

Для того чтобы запутать противника, Ягайло и Витовт даже содействовали распространению ложной информации – будто они готовятся к войне друг против друга[62].

Война требовала больших средств, и польский король приказал увеличить выработку соли на соляных шахтах недалеко от Кракова. Поваренная соль тогда была верным средством пополнить казну государства.

Тевтонцы тоже не сидели сложа руки. Они вели переговоры с венграми и чехами, увеличивали численность войска. Венгерский король получил от тевтонов огромную сумму денег – 300 тысяч дукатов – за участие в войне на стороне Ордена.

Большое внимание уделяли крестоносцы развитию артиллерии. В 1408 г. мальборкские литейщики отлили огромную пушку, названную «Бешеная Грета». Ее ствол при транспортировке разбирался на две части, а каждое ядро перевозилось на отдельной телеге. В поход брался боезапас из четырнадцати ядер. В отличие от декоративной «Царь-пушки», «Бешеная Грета» была создана для боевого применения и во время захвата замков в Новой Марке показала свою эффективность.

31 мая 1409 г. в Жемайтии началось восстание против Тевтонского ордена. В это время «по случайному совпадению» в области находился посланец Витовта Румбольд Валимунтович. Для обеспечения тыла при борьбе с повстанцами и стоящими за их спиной литовцами тевтонцы обратились к Польше с предложением соблюдать в надвигающейся войне нейтралитет. Однако поляки наконец раскрыли карты и объявили, что если тевтонцы двинутся в Литву, то они ударят по Пруссии. Тогда начальники Ордена решили направить главный удар именно по Польше. 6 августа 1409 г. магистр Ульрих объявил королю Ягайле войну.

На первых порах удача была на стороне Ордена. Поляки еще только начинали мобилизацию, и тевтонцам удалось глубоко вклиниться в их территорию. К октябрю поляки оправились от первого удара и вернули часть своих земель. С Орденом было заключено перемирие.

К этому времени Витовт при поддержке жемайтийских племен занял Мемель (Клайпеду). Крестоносцы пока не ввязывались в широкомасштабные действия против Великого княжества Литовского.

Зимой 1409/1410 г. в Брест-Литовске состоялось польско-литовское совещание, на котором был выработан план войны с Тевтонским орденом: поляки собирались в Вольборже, литовцы и русские двигались на соединение с ними со стороны р. Нарев. Соединенные силы должны были идти на Мариенбург (Мальборк), взять его и уничтожить Орден.

Весной 1410 г. по приказу литовского князя в Беловежской Пуще делали запасы для дальнего похода – сотни бочек солонины и других продуктов питания; заготавливались плавсредства, бревна и разборные конструкции для двух понтонных мостов. До 24 июня еще продолжалось перемирие с тевтонцами, но армии уже двигались навстречу друг другу. Польская армия тем временем шла на соединение с литовско-русскими полками. Они встретились в первых числах июля. Перемирие было продлено до 4 июля. 7 июля польский король устроил ложную тревогу, проверяя боеготовность и мобильность войск. Результаты эксперимента его полностью устроили. 9-го числа объединенные войска союзников перешли границу Тевтонского ордена. Были назначены командующие: Зындрам командовал поляками, Витовт – литовско-русскими полками. 10 июля союзники увидели на другом берегу р. Древенца крестоносцев. По решению военного совета поляки и литовцы отказались от переправы через реку и последовали фланговым маршем к ее истоку на Лаутенбург, Сольдау. Магистр Ульрих, узнав об этом, двинулся на Братенау к Танненбергу, чтобы преградить им дорогу.

12 июля на марше Витовт и Ягайло получили известие о вступлении Венгрии в войну на стороне Ордена. Чтобы не подрывать боевой дух, войскам было решено об этом не сообщать. По дороге союзники взяли и разграбили замок Гильбенбург (Домбровно). 14 июля войскам был дан отдых.

В ночь на 15 июля разразилась буря, шел ливень. К утру дождь не прекращался, хотя буря утихла. Союзники прошли лишь небольшое расстояние и расположились в лесу, возле озера Любань, которое прикрывало их правый фланг. Разведка, отправленная к видневшемуся на севере Танненбергу, донесла о подходе крестоносцев.

Последние же, узнав, что противник находится в лесу, пребывали в некоторой растерянности. Воевать в таких условиях рыцарская конница была не готова. Магистр выслал Ягайле два меча как знак вызова на битву. Король принял вызов, и армия союзников вышла на равнину для боевого построения.

Силы соперников отличались как по численности, так и по пестроте состава.

В бою при Грюнвальде у крестоносцев было 51 «знамя». В составе их войска насчитывались воины 22 народностей, но преобладали немцы. Тевтонцы имели до 11 тысяч человек, из них около 4 тысяч рыцарей, до 3 тысяч оруженосцев и около 4 тысяч арбалетчиков.

У союзников было численное превосходство: 51 польская и 40 литовских хоругвей, 3 тысячи татар. На стороне Витовта и Ягайлы сражались поляки, литовцы, русские, жмудь, армяне, волохи, чешские и моравские наемники. Отрядом чехов командовал будущий лидер таборитов и национальный герой Чехии Ян Жижка.

В состав польских войск входило 7 хоругвей из уроженцев русских областей, 2 наемные хоругви и 42 чисто польские. В литовском войске было 36 русских хоругвей.

Подсчитать точно количество людей в войске довольно сложно, поскольку в хоругви могло быть от 300 до 3 тысяч человек. Вероятно, польско-литовское войско насчитывало 16–17 тысяч воинов. Кроме того, следует отметить, что союзники были в лучшем положении в смысле однородности своего войска. Армия тевтонцев была гораздо пестрее. Зато крестоносцы превосходили противника в дисциплине, боевой подготовке, снабжении.

Сражение происходило на пространстве площадью около 4 квадратных километров между Грюнвальдом, Танненбергом и Людвигсдорфом[63]. Поле боя представляло собой довольно ровную местность, которая имела несколько гряд невысоких холмов, пересекаемых незначительными оврагами. Противников разделяла небольшая лощина.

На месте будущей битвы орденские войска оказались раньше союзников, и это время они не теряли напрасно. Выбранная Ульрихом фон Юнгингеном позиция на гребне холмов между деревнями Танненберг и Людвигсдорф имела ряд преимуществ. Крестоносцы были построены не в три, а в две линии – таким образом была растянута линия фронта, упершаяся по флангам в деревни. Чтобы окружить тевтонов с флангов, неприятелю пришлось бы ломать ноги своим коням среди деревенских огородов и заборов. Протяженность фронта составила два с половиной километра.

На правом фланге орденского войска стояли 20 «знамен» под руководством Лихтенштейна, на левом фланге – 15 «знамен» маршала Валенрода; вторую линию составили резервные 16 «знамен» под командованием самого магистра. Бомбарды были выставлены впереди войска, их прикрывали арбалетчики.

Перед тевтонскими шеренгами тайно были выкопаны так называемые «волчьи ямы», на дне которых были вбиты заточенные колья, а сверху все было накрыто жердями и замаскировано дерном. Согласно замыслу тевтонцев противники должны были проваливаться в них во время атаки.

Расположив свои войска на гребне холмов, магистр вынуждал союзников атаковать, поднимаясь в гору. При этом тевтонские резервы, расположенные за холмами, для союзников были бы до определенного момента не видны.

При фланговом окружении первой линии тевтонцев союзники сами оказались бы между передовыми полками Ордена и резервными, расположенными в деревне Грюнвальд.

Боевой порядок союзников состоял из трех линий – передней, средней и тыльной. Правый фланг заняли русские, литовцы и татары под командованием Витовта, левый – поляки Зындрама. В центре расположились смоленские полки князя Юрия Мстиславовича.

Первой в бой бросилась татарская конница с фланга Витовта. Это произошло около полудня. Немцы-пушкари, едва успев выстрелить по два раза, были смяты[64]. «Когда же ряды сошлись, – писал польский летописец Ян Длугош, – то поднялся такой шум и грохот от ломающихся копий и ударов о доспехи, как будто рушилось какое-то огромное строение, и такой громкий лязг мечей, что его отчетливо слышали люди на расстоянии даже нескольких миль. Было даже невозможно ни переменить места, ни продвинуться на шаг, пока победитель, сбросив с коня или убив противника, не занимал место побежденного. Наконец, когда копья были переломаны, ряды той и другой стороны и доспехи с доспехами настолько сомкнулись, что издавали под ударами мечей и секир, насаженных на древки, страшный грохот, какой производят молоты о наковальни, и люди бились, давимые конями…» Почти час уже длилась схватка, когда великий магистр бросил в бой основные силы – сотни закованных в железо рыцарей Валенрода. Не выдержав натиска, татары отступили. В бой включились вторая и третья линии литовско-русского войска, устремившегося на помощь отступавшим татарам. Однако их основные силы также были смяты и отброшены крестоносцами. Дольше всех сопротивлялись Виленская и Трокская хоругви, но и они начали отходить. Валенрод преследовал отступавших литовцев.

В центре тем временем обеспечивали себе место в пантеоне отечественных героев три смоленских полка. Смоляне в битве при Грюнвальде проявили потрясающее мужество, стойкость и высокое воинское умение. Напирающий враг полностью уничтожил один из полков, но два других отбили атаку, прорвались к левому флангу союзнической армии и присоединились к сражавшимся здесь полякам.

Теперь началось наступление первой линии поляков Зындрама в составе 17 хоругвей. Против них бились 20 «знамен» Лихтенштейна. Полякам удалось прорвать линию крестоносцев, но тут возвратились тевтонские «знамена», преследовавшие литовцев. Они ударили в правый фланг и отчасти в тыл полякам. Смоленские полки, которые прикрывали атакуемый фланг поляков, выдержали и этот удар и таким образом спасли воинов Зындрама от разгрома.

Однако бой продолжался с прежним упорством. Крестоносцы теснили противника, в бою пал стяг короля Польши. Вперед была брошена вторая польская линия, которой удалось окружить и оттеснить воинов Лихтенштейна.

В бой вступили 16 резервных «знамен» Ульриха. Их задачей было зайти полякам во фланг и окружить части Зындрама. Чтобы не допустить их приближения к месту основных событий, третья линия польских войск бросилась наперерез.

Вскоре произошел перелом в сражении. Магистр временно потерял контроль над ситуацией. Вероятно, он заметил маневр третьей линии неприятеля и собрался принять новое решение, изменить задачу резерва. Так или иначе, 16 «знамен» неожиданно прекратили движение. И тут на поле боя вновь появились бежавшие, но опять собранные и развернувшиеся литовско-русские части Витовта. Их появление несколько обескуражило тевтонцев. Союзники перешли в контратаку.

Крестоносцы в панике отступили. Сам Ульрих вскоре был убит литовским воином. (Говорят, что гроссмейстеру предлагали бежать, но он отказался: «Не дай бог, чтобы я оставил это поле, на котором погибло столько мужей, – не дай бог!») Часть тевтонцев укрылась в вагенбурге[65], который союзное войско взяло штурмом.

Орден понес большие потери. Литовцы и поляки преследовали немецких рыцарей на протяжении 25 километров. Ночь союзные войска провели на поле боя, а затем продолжили движение в глубь страны. 25 июля был осажден Мариенбург, однако взять его не удалось. Слишком велики были потери польско-литовского войска, да и время было упущено. Впрочем, жить Тевтонскому ордену оставалось совсем недолго – в 1466 году он прекратил свое существование.

* * *

«Один день Грюнвальда уничтожил славу и силу Ордена. Был тот день его наивысшей славы, рыцарского мужества, героического духа, но вместе с тем последний день величия, силы и счастья. С утра того дня начался его упадок на все времена», – так совершенно справедливо говорил о значении битвы 1410 г. немецкий историк Е. Войгт. Для нас же еще важнее то, что Грюнвальдская битва избавила славянские земли от опасности тевтонского завоевания.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.